Ювелирные шедевры Лондонского Музея Виктории и Альберта

Лондонский музей Виктории и Альберта – это не просто хранилище старинных предметов, а машина времени, собранная из 2,8 миллионов экспонатов. Здесь в каждом зале – своя эпоха, от шепота средневековых гобеленов до дерзкого взгляда современной скульптуры. 

Но чтобы понять саму суть этой коллекции, стоит приглядеться к мелочам, а точнее, к драгоценностям. Именно в них, в изгибе золота и игре света в камне, спрятан самый личный и роскошный дневник человеческой цивилизации. 

В 1852 году открылся «Музей изделий», первым куратором которого стал легендарный коллекционер и теоретик Генри Коул. Именно он, вместе с принцем Альбертом, заложил революционную концепцию: это должен быть не классический «храм искусств», а живая хрестоматия для дизайнеров, ремесленников и публики.

Первые экспонаты – керамика, текстиль, металлические изделия покупались именно как образцы для изучения.

Здание музея – уже произведение искусства. Его первоначальный комплекс, построенный в стиле итальянского Ренессанса, был дополнен новыми элементами, среди которых впечатляющий центральный вход, торжественно открытый в 1909 году.

Сегодня музей Виктории и Альберта – это «живой организм». Коллекция охватывают более 5000 лет истории искусства и культуры, начиная с древних времён и заканчивая современностью.

Сам музей расположен на нескольких этажах. Но нам интересен именно тот, в котором хранятся подлинные ювелирные шедевры разных эпох.

Украшение для волос работы бельгийского мастера Филиппа Вольферса, созданное в 1905-1907 годах – шедевр ювелирного ар-нуво. И это не просто гребень в форме орхидеи, а изысканный эгрет, который крепился к высокой причёске. Мастер виртуозно воссоздал изогнутую форму цветка, используя для этого золото, эмаль, бриллианты и рубины. 

В коллекции Музея V&A оно занимает почётное место как один из самых совершенных и узнаваемых предметов эпохи, символизирующий расцвет европейского декоративного искусства на рубеже XIX-XX веков.

Рене Лалик, прославленный гений ар-нуво, создал квинтэссенцию эстетики и революционный для своего времени предмет роскоши. Тиара-гребень воплотила в себе всю философию стиля модерн. И это больше, чем просто украшение: волна, застывшая в движении и распустившиеся цветы. 

Лалик отказался от традиционных бриллиантов в пользу тончайшего искусства и игры света, применив свой новейший подход к материалам. В этой тиаре мастер гармонично использовал золото, огненные опалы, рог и стекло. 

Украшения, напоминающие букеты, появились в Европе в начале XIX века вместе с вошедшим в моду движением романтизма. Сначала это были небольшие букеты или корзинки с фруктами, а уже потом – сложные конструкции. Некоторые бриллиантовые цветы закреплены на пружинах, которые значительно усиливают их блеск при движении. Отдельные цветочные веточки можно было снять и использовать в качестве украшения для волос. 

Жан Дюнан, швейцарский художник-декоратор, обожал Париж. И город любви с 1920-х годов с его бурлящей энергией ар-деко стал настоящим домом и мастерской Жана. Здесь судьба свела мастера с Жозефиной Бейкер, танцовщицей, певицей и актрисой. 

Многие историки моды полагают, что сет «Giraffe» был создан специально для Жозефины. А она и вправду обожала эти украшения за простоту и универсальность. Однако изделия «Giraffe» оказались настолько совершенными, что вскоре поселились в шкатулках многих знаменитых дам той эпохи. 

В начале ХХ века Дом Cartier начал создавать новаторские для того времени украшения-трансформеры. Сложные механические шедевры могли превращаться в ожерелье, брошь или подвеску по желанию владелицы, предлагая невиданную прежде функциональную свободу. Для того, чтобы трансформация была полной, в комплекте с украшением шли дополнительные звенья, цепочки и даже специальная миниатюрная отвёртка. Но главным техническим чудом, воплощённым в таких бриллиантовых изделиях, было использование платины. 

Тиара королевы Виктории, работа придворного ювелира Джозефа Китчинга, по праву считается одним из самых прославленных и значимых экспонатов Музея Виктории и Альберта. И это материальное воплощение глубокой личной истории любви и государственной символики.

Дизайн тиары был лично создан Альбертом, супругом Королевы. Плюс ко всему украшение было выполнено в дополнение к сапфировой броши, которую Альберт подарил Виктории ранее. 

В 1842 году Королева Виктория надела только что изготовленную корону, чтобы Франц Ксавьер Винтерхальтер запечатлел её на знаменитом портрете. А спустя 20 лет, в 1866 году, впервые после смерти Альберта, Королева Виктория надела сапфировую тиару вместо своей обычной короны, чтобы открыть парламент.

После смерти Королевы Виктории тиара переходила по наследству. Но в 1990-х годах её существование в Британии оказалось под угрозой: наследники планировали продажу уникального лота за границу.

Чтобы сохранить национальное достояние, был организован специальный сбор средств. В 1997 году тиара была выкуплена и передана в дар Музею Виктории и Альберта, где сегодня она служит не только напоминанием о великой Королеве, но и символом общественной любви к истории.